Давным давно на соседней с дедушкиной могилке появился надгробный камень с фотографией умершего, как это модно в некоторых слоях, в полный рост в финках и майке. Ну я сначала воспринял его как очередное проявление мещанства и забыл. Но прошли годы, я с’ездил в Германию, слегка ознакомился с немецким языком. И вот, очередной раз посещая кладбище, я бросил взгляд на соседний камень и тут меня открыло. Надпись на майке была абсолютно фееричная: Тынц.
Քեզ ել հաջող, Հովիկ ջան, կտսենվենք: